Москва – город Востока

20.03.2017

9 и 10 марта российскую столицу посетили сначала премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, а затем и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган. Несмотря на то что на каждой из встреч обсуждался свой круг вопросов, связующим звеном между ними стал сирийский конфликт. Тем не менее хотя в обоих случаях обсуждалось положение дел в Сирии, вопросы, поднятые Израилем и Турцией определенно отличались степенью срочности.

Биньямин Нетаньяху отправился в Москву для встречи с Владимиром Путиным уже в пятый раз за последние полтора года. Он прибыл в сопровождении делегации в составе и.о. главы Совета национальной безопасности Яакова Нагеля, главы управления военной разведки АМАН Херци Халеви и своего военного секретаря Элиэзера Толедано. Эта встреча происходила в контексте дипломатических переговоров по урегулированию сирийского кризиса, которые возобновились в конце 2016 года после конференции в Астане, и нового раунда переговоров, назначенных на конец марта в Женеве. Стоит ли говорить, что Израилю необходимо поддерживать тесные связи с Россией во избежание неприятных сюрпризов, которые могут преподнести условия урегулирования сирийского конфликта. Таким образом, цель этого визита состояла скорее в том, чтобы напомнить Кремлю об ожиданиях Израиля в вопросе политического урегулирования кризиса. Эти ожидания сводятся к двум вопросам – Иран и Голанские высоты. По мнению израильской стороны, какое бы то ни было будущее политическое соглашение по Сирии не должно привести к возникновению в зоне конфликта военного присутствия Ирана. К тому же Тель-Авив опасается, что «Хезболла» может создать параллельную систему управления и армию внутри сирийского государства подобно тому, как группировка уже сделала это в Ливане. Израиль считает, что шиитские повстанцы планируют построить укрепления с сирийской стороны Голанских высот, чтобы создать «линию обороны» подобно той, которую они возвели на юге Ливана, и оттуда угрожать Израилю или наносить удары. Как бы то ни было, в Тель-Авиве полагают, что Россия обладает всеми необходимыми инструментами, чтобы предотвратить реализацию такого сценария. Кроме того, Биньямину Нетаньяху пришлось повторить на встрече с Владимиром Путиным просьбу, которую он озвучил еще год назад, а именно не включать вопрос о Голанских высотах, аннексированных Израилем, в дело урегулирования конфликта.

Во время визита президента Турции в Москву, который состоялся на следующий день, основное внимание было уделено вопросам безопасности и экономики. В действительности, этот визит состоялся спустя три дня после встречи в Анталии глав генштабов США, России и Турции. Эта встреча была направлена на то, чтобы сделать более скоординированными действия трех стран в проведении военной операции на севере Сирии и избежать вооруженных столкновений между тремя сторонами, в частности в районе города Манбидж, где при поддержке российских ВКС активно наступают сирийские войска и шиитские повстанцы, турецкая армия и ее вспомогательные силы из «Сирийской свободной армии» (ССА), а также отряды народной самообороны курдов (ОНС) совместно с «Демократическими силами Сирии» (ДСС) при поддержке американских сил специального назначения. Визит президента Эрдогана состоялся на фоне того, что Сирия пытается через ООН принудить Турцию прекратить любую военную деятельность на своей территории. Такая ситуация усиливает Москву в роли посредника. Впрочем, Реджеп Тайип Эрдоган также приехал в Москву, чтобы в очередной раз выразить свое разочарование по поводу того, что российские вооруженные силы сотрудничают с курдскими военизированными формированиями «пешмерга», которых Анкара считает террористами. По мнению Турции, не может и речи быть о том, чтобы начать операцию по вытеснению террористов «Исламского государства» из Ракки силами «террористов» из отрядов народной самообороны. В идеале Анкара хотела бы соединить силы своей армии (5 тыс. человек) с силами «Сирийской свободной армии» (10 тыс. человек) при поддержке США и России и таким образом примирить позиции Москвы и Вашингтона. Однако на пути реализации этого сценарии встают две проблемы: битва при Эль-Бабе доказала неэффективность совместных действий турецкой армии и сил «Сирийской свободной армии», а подступы к Ракке тем временем за собой удерживают с одной стороны курды, а с другой стороны – сирийская армия. Тем не менее Москва выражает удовлетворенность уровнем российско-турецкого сотрудничества в Сирии и приветствует разворот в политике Турции по сирийскому досье, который страна совершила на протяжении последних месяцев. Во время визита турецкого президента также большое внимание стороны уделили обсуждению экономических вопросов. Встреча лидеров двух государств стала удобным случаем для возобновления деятельности российско-турецкого Совета сотрудничества высшего уровня (ССВУ), который последний раз собирался в Анкаре в декабре 2014 года. После окончания тяжелого 2016 года, когда объем российско-турецкой торговли сократился на 32% по сравнению с 2015 годом, в начале 2017 года президент Эрдоган направился в Москву, чтобы возобновить переговоры об установлении безвизового режима с Россией, а также по поводу снятия последних санкций, введенных Россией на турецкие сельхозпродукты.

Эти визиты едва ли вызвали удовлетворение в Иране. Как только будут освобождены Мосул и Ракка, что вполне вероятно произойдет в течение 2017 года, встанет вопрос о политическом переустройстве в Сирии. Тем не менее, для Соединенных Штатов уменьшение присутствия Ирана в Сирии могло бы стать приоритетной задачей, как только ИГИЛ (организация запрещена в России как террористическая) будет сломлен. Вашингтон мог бы «убить двух зайцев», если бы удалось оттеснить Иран с сирийской сцены, что было бы на руку суннитским монархиям Персидского залива и Израилю, а также преградить Китаю доступ в страны Леванта, что заявил в качестве своей цели новый хозяин Белого дома. Нужно ясно понимать, что если для России Сирия является «окном» в регион Ближнего Востока, то для Китая таким форпостом в регионе является Иран.