Fr Fr

Российская дипломатия наращивает усилия в Персидском заливе

Деланоэ Игорь Деланоэ Игорь
19 Марта 2021
Анализ и оценки недавнего турне Сергея Лаврова по арабским нефтяным монархиям


Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров завершил трехдневное турне по странам Персидского залива. Его первым пунктом 9 марта стали ОАЭ, где глава российской дипломатии встретился с наследным принцем Мухаммедом бен Заидом Аль Нахайяном. 10 марта в Саудовской Аравии Сергей Лавров провел переговоры с наследным принцем Мухаммедом бен Сальманом, а 11 марта в Дохе – с эмиром Катара Тамимом бен Хамадом Аль Тани. В ходе поездки глава российского МИДа пересекся в Абу-Даби с председателем Совета министров Ливана Саадом Харири, а в Дохе – со своим турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу. Ближневосточному турне Сергея Лаврова предшествовало посещение российской столицы министрами иностранных дел ОАЭ, Саудовской Аравии и Катара в декабре и январе. Кроме того, 15 марта в Москву с четырехдневным визитом прибыла делегация «Хезболлы» во главе с Мухаммедом Раадом, представляющим шиитское движение в ливанском парламенте. Она намеревалась посетить не только Министерство иностранных дел, но и Думу и Совет безопасности. Наконец, 17 марта Сергей Лавров принимал своего израильского коллегу Габи Ашкенази. Россия развивает дипломатическую активность на ближневосточном направлении на фоне охлаждения отношений между Вашингтоном, с одной стороны, и арабскими нефтяными монархиями и Израилем – с другой, из-за желания американцев возобновить диалог с иранцами по их ядерной программе. Добавим, что в конце февраля, за несколько дней до начала турне Сергея Лаврова, США назвали Мухаммеда бен Сальмана заказчиком убийства саудовского журналиста Джамаля Хашогги, которое произошло в октябре 2018 года в Турции.

Как отмечает ряд наблюдателей, в повестке переговоров с нефтяными монархиями Персидского залива среди прочих вопросов значились сделка ОПЕК+ и политическое урегулирование сирийского кризиса. Действительно, ровно год назад началась пагубная война цен и квот на добычу нефти между Москвой и Эр-Риядом, в результате которой цена за баррель в конце апреля 2020 года упала приблизительно до 21 доллара. В итоге несколько недель спустя сделку ОПЕК+ все-таки продлили, однако потребовалось еще около года для того, чтобы нефтяные котировки начали возвращаться на докризисный уровень: в начале марта они колебались вокруг отметки в 70 долларов (цена за баррель на январь 2020 года). Вместе с тем маловероятно, чтобы Сергей Лавров располагал необходимым влиянием как по энергетическому, так и по сирийскому политическому досье. Первое курирует Александр Новак, бывший министр энергетики и вице-премьер по энергетике. Второе входит в зону ответственности спецпредставителя Владимира Путина по Сирии Александра Лаврентьева, который посетил Эр-Рияд за день до Сергея Лаврова. Целью его беседы с Мухаммедом бен Сальманом, по всей вероятности, было убедить саудитов сильнее надавить на сирийскую оппозицию и активно включиться в работу Конституционного комитета в Женеве, чтобы таким образом создать контрбаланс турецкому влиянию.

В ходе турне Сергей Лавров затронул три больших вопроса – по одному с каждой из арабских стран: в Абу-Даби – безопасность в Персидском заливе, в Эр-Рияде – деловое сотрудничество; в Дохе же сложился новый формат по гуманитарным проблемам в Сирии. Единственной сквозной темой оказалось возвращение Сирии в Лигу арабских государств, в поддержку которого продолжает выступать Москва. Важность этого шага, воспринимаемого Кремлем как неизбежная веха на (долгом) пути к снятию международных санкций в отношении Сирии, упоминалась на каждом из этапов поездки Сергея Лаврова.

В отличие от своего саудовского соседа, Дубай поддерживает прагматические отношения с Ираном, основанные прежде всего на экономических интересах. Российская дипломатия не случайно выбрала ОАЭ, чтобы вернуться к обсуждению проекта Концепции обеспечения коллективной безопасности в зоне Персидского залива, представленного летом 2019 года. Москва добивается того, чтобы был дан ход этому документу – который, по данным сразу нескольких источников, получил в целом позитивную оценку со стороны арабских нефтяных монархий, – и считает активизацию американцев на иранском направлении и возможное возвращение к договоренностям по иранскому ядерному досье факторами, благоприятствующими продвижению своей инициативы. Вместе с тем Сергей Лавров повторил, что Россия выступает против включения в переговорную повестку для возвращения к СВПД новых пунктов, касающихся иранской баллистической программы, а также ближневосточной политики Тегерана. Наконец, в ходе визита главы российской дипломатии подчеркивалось центральное значение торговых связей между Россией и ОАЭ. Действительно, Эмираты стремятся позиционировать себя как главного торгового партнера Москвы из числа арабских нефтяных монархий. 2019 год, по итогам которого взаимный торговый обмен превысил 1,8 млрд долларов, стал вторым наиболее успешным для двух стран с момента установления дипломатических отношений между ними. А с учетом объема торговли в размере около 2 млрд долларов только за три первых квартала 2020 года минувший год уже обещает быть крайне плодотворным для российско-эмиратских торговых отношений.

Вместе с тем наиболее значительный рост торгового обмена был достигнут с Саудовской Аравией: объем взаимной торговли с 2016 года увеличился в четыре раза. Эр-Рияд и Москва ожидают, что уже в ближайшие годы этот показатель достигнет 5 млрд долларов – цель, которая представляется достижимой с учетом нынешней динамики. Приближающееся открытие российского торгового представительства в Саудовской Аравии во главе со Станиславом Янковцем, который на протяжении уже нескольких лет является сопредседателем Российско-арабского делового совета, будет только способствовать этому. 1 марта Янковец был официально назначен торговым представителем России в Королевстве. Объем как российско-саудовской, так и российско-эмиратской торговли уже превышает ежегодный торговый обмен между Россией и Ираном, что все более ограничивает российско-иранские отношения преимущественно геополитической повесткой.

Переговоры в Дохе способствовали созданию, вслед за «астанинским форматом» (Турция, Иран и Россия), нового треугольника по Сирии – тройки «Россия-Турция-Катар». Она уже год действует в экспертном формате, а теперь будет функционировать еще и на уровне министров иностранных дел трех стран, причем с акцентом в рабочей повестке на «облегчение гуманитарной ситуации» в Сирии. Таким образом, встреча Лаврова и Чавушоглу, видимо, позволит создать формат, который, с точки зрения российского руководства, должен в первую очередь стать противовесом сдержанной позиции ОАЭ и Саудовской Аравии в сирийском урегулировании. Действительно, оглядываясь на «закон Цезаря», вступивший в силу в июне, ОАЭ и Саудовская Аравия не проявляют желания еще больше осложнять отношения с новой американской администрацией, беря на себя новые экономические и политические обязательства в Арабской Республике. Как видно, Москва, ранее уже демонстрировавшая склонность к участию в новых дискуссионных площадках по сирийскому конфликту (вспомним стамбульский саммит Турции, России, Франции и Германии в октябре 2018 года), обратилась к Катару и Турции с целью запуска «дохийского формата», призванного рассматривать гуманитарные вопросы, а также аспекты, связанные с послевоенным восстановлением Сирии и возвращением беженцев. Наконец, Сергей Лавров воспользовался посещением Катара, чтобы затронуть вопрос урегулирования в Афганистане. Действительно, Доха остается главной площадкой для переговоров с талибами, а Москва предвидит, что администрация Байдена без особого энтузиазма отнесется к обязательству окончательного вывода американских солдат к маю 2021 года (данное требование, однако, закреплено в мирном соглашении, подписанном с талибами администрацией Трампа 29 февраля 2020 года). В Москве и Стамбуле, 18 и 27 марта соответственно, проходят конференции по Афганистану (под эгидой ООН в случае с турецкой конференцией), что способствует превращению афганского урегулирования в новый объект «кооперативного соперничества» между Россией и Турцией.

Поездка Сергея Лаврова показала, что Россия наладила новые каналы трансляции своих интересов в регион Персидского залива и уже не ограничена ни одним только Ираном, ни даже Ираком. Спад напряженности в регионе продолжает восприниматься Москвой как потенциально крайне благоприятный и для решений по ряду других досье (Йемен, Сирия, Ирак). Если бы России удалось «протолкнуть» свой проект коллективной безопасности в регионе, это, несомненно, явилось бы крупным дипломатическим успехом Кремля. Посвященное деловым интересам и региональной геополитике, турне Сергея Лаврова тем не менее подтверждает, что, пусть даже и не опираясь на какую-то последовательную стратегию, Россия стремится воспользоваться новыми возможностями на Ближнем Востоке, связанными со сменой курса в Вашингтоне.

Фото : страница Flickr Министерства иностранных дел Российской Федерации
Последние блоги